Совладелец Pink Freud на Подоле Яков Лившиц - о дружбе, вкусной еде и любимых ресторанах Киева

Управляющий партнер сети Аroma espresso bar (сеть популярна в Израиле также как Starbucks в США, только кофе вкуснее), совладелец бара Pink Freud на Подоле Яков Лившиц  – об экономике хозяйственной деятельности, о дружбе, серости застоя, о своем отце, известном филологе Льве Лившице, и о том, что такое вкусная еда.

Этой публикацией TheKiev.City открывает серию партнерских материалов, в которых мы будем презентовать, о чем пишут другие сайты Киева и Украины. 

Встречайте, материал InKyiv –  журнала о городской жизни.

— Почему чтения, посвященные вашему отцу, филологу Льву Лившицу  стали такими притягательными?

— Мой папа, Лев Яковлевич Лившиц, или Лева Лившиц, жил, творил в области филологии. Мы с сестрой – попечители фонда чтений имени Льва Лившица. Первой, кто поднял флаг фонда чтений, была моя сестра, я присоединился позже, но я был на первых чтениях, в 1996, это был для меня повод вернуться, и это был уникальный опыт.

Совладелец Pink Freud на Подоле Яков Лившиц - о дружбе, вкусной еде и любимых ресторанах Киева

— Как вы умудрились стать не филологом?

— Очень просто. У меня дислексия. Я начал читать в четвертом классе. Хотя, научившись читать, я погрузился в книги, и в них жил. У меня были сложности с языками, с алгеброй, и так далее, по списку, со всем, где нужна последовательность, запоминание и четкость. У мамы, делавшей со мной уроки, это были черные дни, буквы не складывались, слова не запоминались.

— Вы блестяще маскируетесь.

— У нас, дислектиков, нет выхода, нам нужно выживать. Мне кто-то рассказал, что дислективные люди научились все скрывать. Надо хитрить: начинает развиваться память, коммуникативные навыки, приемы запоминания. Самое страшное – умножать в столбик.

— Эволюция!

— Да, нужно выживать!

— Поступление в институт, окончание, и что было дальше?

— Я уехал. Я уезжал в плохие для СССР годы, был полный застой. Закончилась оттепель, все костенело, и становилось серым, и грустным, и одновременно снова открыли выезд.  В 1977 году уехала моя сестра и стала давить на меня, но я понимал, что если я выеду, высшее образование я никогда не получу.  Хорошее это высшее образование, плохое это высшее образование – не важно.

Экономический факультет Харьковского государственного университета был выбран из соображений "а куда же его еще послать?" Филология нет – потому что мальчик неграмотно пишет, математика нет, потому что он не умеет считать, а компьютеров нет, господа! И что делать? «Пойдешь учить экономику?, – "А что это такое?", – "Ну вот обществоведение тебе, кажется, нравилось", – Как будто я его учил, обществоведение. "Ну хорошо,  – сказал я, пойду учить экономику".

И – экономика пошла! Благодаря двум преподавателям, "Экономика промышленности", это была Эмма Моисеевна, Алла Михайловна читала "Анализ хозяйственной деятельности". Эти два предмета мне нравились, и они сделали мою будущую карьеру.

Мне исполнилось 22 года, я закончил университет, подал заявление на отъезд, был исключен из комсомола, и со справкой изменника родины я уехал в Израиль в 1978 году.

Совладелец Pink Freud на Подоле Яков Лившиц - о дружбе, вкусной еде и любимых ресторанах Киева

— В Израиле вы еще не стали заниматься едой?

— Нет, еда была после. В Израиле профессиональную карьеру я начал в центральном бюро статистики. Меня пригласили работать в один из отделов бюро статистики, и я занимался исследованиями спроса (а затем и предложения) в разных областях экономики Израиля. 

Потом было много всего, бизнес-консалтинг, читал лекции по бизнес-планированию, занимался кризисным менеджментом. На лекциях у меня часто спрашивали: "Яков, а когда ты сам займешься бизнесом?" Ну как отвечал я, у меня бизнес: я консультирую бизнес. "Нет, отвечали мне – бизнес – это когда ты сам".
В какой-то момент мне надоело консультировать и я задумался – чего бы мне хотелось. А хотелось мне кофе и еды.

Я связался с четырьмя израильскими компаниями и предложил им дать нам франшизу, в Украине. Первой откликнулась самая большая израильская компании Aroma. И мы пошли в Украину.

— Первая Aroma была где?

— Димитрова, 5.

— Сейчас сколько их осталось?

— Две. Сейчас непростое время. В нашем флагманском месте, на Мечникова, закончилась аренда, и нас попросили уйти, потому что владельцы здания решили открыть свое заведение. И я понял, что с Aroma нужно повременить, во-первых для нее требуется сильная локация, во-вторых: покупательская способность. Aroma вызывает когнитивный диссонанс – продукт не дешевый, с одной стороны, с другой – самообслуживание. Поэтому мы с Aroma выжидаем. Я оптимист, пока мы действуем иначе. Потребитель и вырос, и изменился: скажем, бары заменили площадки для общения. Бары вытесняют некоторый объем мест вечернего времяпровождения, в баре главное, конечно, вкусы, миксы, качественные хорошие напитки, но главное, они – место общения.

— Что еще будет открываться, кроме баров?

— Будет развиваться азиатская еда, острая еда, пряная еда. Я уверен, что будет развиваться вкусовая еда. И я уверен, что эта вкусовая еда будет присутствовать на улицах города, я жду маленькие места, где будет уличная еда, недешевая и недорогая, интересная. Мы видим первые проблески – прекрасный выход сети Рамен. Главную роль здесь будет играть вкус и харизма шеф-повара. Небольшие заведения,  люди будут заходить вкусно поесть и идти дальше. Будут развиваться бары. Будут появляться хорошие рестораны. Будут появляться плохие рестораны: вкусы у всех разные.

Совладелец Pink Freud на Подоле Яков Лившиц - о дружбе, вкусной еде и любимых ресторанах Киева jewishnews.com.ua

— Какие киевские рестораны вам нравятся?

— Тут есть большая опасность кого-то не назвать…  Я очень люблю "Любимого дядю", Володя Ташаев – это шеф от Бога, прошедший школу поваров от Бога, высший пилотаж, божественная еда. Я люблю есть в "Каркасе", я люблю есть в "Клюкве и брюкве", во многих местах у меня есть определенные любимые блюда, на которые я хожу. Обычно я стараюсь изучить весь потенциал меню, но если я продолжаю ходить в ресторан после изучения, значит, хожу на определенные блюда. К Вике Пархоменко ("Клюква и брюква") я хожу на облегченную котлету по-киевски и киевский торт, который больше безе, нежели крем, еще я люблю ее уху. У Приемского в "Каркасе" я люблю рамен и закуски, скажем, мусс из скумбрии. В "Любимом дяде" я кстати, тоже люблю закуски, в них проявляется игра шефа. Я люблю "Винтаж" Юры Ковриженко, он, правда, уже во Львове. Я люблю "Шоти". Я люблю, когда мне вкусно. Я люблю моих друзей-кулинаров. Я не кулинар – они кулинары.

— Вірші в ночі кто придумал?

— Вернусь к Чтениям имени Льва Лившица, я был удивлен, насколько это интересно. Ты из простого зрителя, сопутствующего, становишься участником – это чрезвычайно интересно. С виршами: пришла Тата Кеплер и предложила вместе с Катей Бабкиной проект, в котором разные люди будут читать любимые стихи. До этого у нас была попытка литературного вечера, она не получилось, такие форматы нужно долго проверять, в случае с виршами все получилось, с самого начала.

Много было прекрасных вечеров, в моей душе бьются два вечера: вечер с программой которую подготовили Dakh Daughters и вечер Сергея Гусовского. Гусовский читал набор текстов с моей прикроватной тумбочки!

— Ваш треклист стихов в ночи какой был?

— Вместе с папой учились поэты, известные, неизвестные, и забытые. Павел Коган, Михаил Кульчицкий, Борис Слуцкий. Я читал их стихи, и стихи о них. Первая часть была – стихи погибших. Вторая – стихи тех, кто не погиб: Самойлов, Слуцкий, Окуджава, и закончил я Маяковским.

Совладелец Pink Freud на Подоле Яков Лившиц - о дружбе, вкусной еде и любимых ресторанах Киева jewishnews.com.ua

 

Please enable JavaScript to view the comments powered by Disqus.

Источник


Читайте также:

Комментарии закрыты.